Тяжёлый бизнес

Игорь Леонидович Ларьков, рассказал о нюансах местного солевого бизнеса, тщеславных планах «Стриктума» и о том, куда «ушла» украинская соль.

23 Марта 2016, 11:21
%d0%bd%d0%b0 %d1%81%d0%b0%d0%b8%cc%86%d1%82 %d1%84%d0%be%d1%82%d0%be 600%d1%85400

текст: Владимир Аксёнов | фото: Архив редакции

Насколько рентабельно заниматься поставками соли?

Соль — это тяжёлый бизнес. Мы в шутку даже называем его перетаскиванием тяжести — из-за огромных физических объёмов. Так как сама стоимость соли невысока, приходится брать количеством. Объясню на примере. Предположим, привозим товар на 1 миллион рублей, рублей (а это порядка 10 тонн), реализуем, а на выходе, после всех расходов на транспортировку и прочих затрат, получаем прибыль около 10 %. Грубо говоря, «перетаскали» 10 тонн и заработали 100 тысяч рублей. А нам, чтобы заработать эти 100 тысяч рублей, нужно «перетаскать» и перевезти 200 тонн. Кроме того, это большие затраты на логистику. К примеру, для того чтобы возить кофе, достаточно одного микроавтобуса и водителя. Раз в неделю забил машину товаром, развёз по магазинам — и занимайся дальше своими делами. А мне, для того чтобы возить соль, необходимо 4 двенадцатитонные машины, 4 водителя, 3 полуторатонных дорогих погрузчика и 3 грузчика каждый день. Как вы сами понимаете, это огромные расходы. По трудоёмкости соль занимает порядка 75–80 % общего объёма работы, а вот прибыль от неё — не больше 10 % от общего дохода нашей компании. Поэтому соль — это бизнес, который многие бросают, едва начав. Надоедает тяжести с места на место перетаскивать.
 

Как давно вы занимаетесь поставками соли? И почему, несмотря на все сложности, не оставляете этот бизнес?

Я в этом деле уже более 22 лет. Номер моего свидетельства предпринимателя — 893, то есть я один из первых, кто его получил в Калининградской области. Это было в сентябре 1993 года. Таких компаний, как наша, уже и не осталось, наверное. А соль — это одно из первых направлений, которое мы взяли под своё крыло. Сейчас все контакты и поставки налажены — это уже хорошо. Основная часть моих сотрудников задействована именно в реализации соли. Поэтому, отказавшись от этого направления, оставлю людей без работы. Тем более что сейчас на наших складах довольно большие объёмы этого товара. Закупили наперёд: с 1 января 2016 года поднимутся цены практически на все перевозки по железнодорожным путям и федеральным автотрассам, поставщики начнут повышать стоимость своей продукции. Поэтому сейчас все оставшиеся к концу года деньги мы стараемся вложить в товар. Соль с этой точки зрения очень хороша, так как имеет практически неограниченный срок годности.
 

«Некоторые московские фирмы работают по такой схеме: закупают техническую соль, Потом её сами фасуют и под видом пищевой продают местным оптовикам и предприятиям»


Официальным дистрибьютором каких производителей соли является ваша компания?

Основным нашим партнёром является ООО «Руссоль». Это самая крупная российская компания по добыче пищевой и технической соли. В её распоряжении находятся сразу три солевых месторождения: Баскунчакское, Усольское и Илецкое. Поэтому ассортимент продукции достаточно обширен. Кроме того, мы уже второй десяток лет активно работаем с ОАО «Калининград Калий». Это очень порядочные партнёры.

До конца 2014 года также работали с украинской компанией «Артёмсоль», но уже не напрямую, а через посредников. С начала этого года, в связи с тем что Роспотребнадзор запретил ввоз их продукции, мы исключили украинскую соль из своего ассортимента. 
 

Расскажите о вашем опыте работы с этой компанией.

Ситуация с «Артёмсолью» в настоящее время весьма неоднозначна. Украинская соль занимала среднюю нишу на российском рынке. По качеству она уступала той же «Илецкой», но была на порядок лучше белорусской. Даже визуально можно отличить украинскую соль от польской: последняя намного чище. 

Россия была одним из крупнейших потребителей продукции «Артёмсоли»: около 30 % всего объёма их соли шло сюда. До 2000-х годов они поставляли свою соль в Калининградскую область напрямую, без каких-либо компаний-посредников. Но именно в это время литовская фирма Imlitex Holdings добилась от украинских производителей права на дистрибуцию соли по всей Прибалтике — в Эстонии, Литве, Латвии и Калининградской области. С начала 2015 года Роспотребнадзор полностью запретил поставки украинской соли, официальная причина — «несоответствие стандартам». Однако это, думаю, прежде всего, связано с украинским конфликтом. Вызывает подозрение тот факт, что «Артёмсоль» уже через три месяца после запрета рапортовала об увеличении поставок в Польшу на 80 %. Возникает закономерный вопрос: зачем полякам столько соли? Ведь у них собственной в избытке. Польские компании сами мне звонят и предлагают свою продукцию по достаточно низким ценам. Поэтому ответ на этот вопрос очевиден: «Артёмсоль» хочет вернуться на российский рынок, но уже под видом польской продукции. Возьмём для примера пачку соли Druska. Указано, что фирма-изготовитель — польская Kopalnia Soli Kłodawa S.A, а вот штрих-код литовский. До смешного доходит: на пачке штрих-код литовский, а на общей упаковке — польский. И пришла с Польши. Это как понимать? И есть такая же соль, этого же завода, но со всеми польскими штрих-кодами. Напомню, что у Литвы нет своих солерудников. Даже если они и занимаются простой расфасовкой, всё равно должен быть штрих-код страны-производителя. Украина просто не хочет терять российский рынок, поэтому они и придумали такую схему: украинская соль идёт на заводы в Польше, расфасовывается там и уже под видом польской поставляется в Россию. Другими словами, они нашли, как обойти запрет Роспотребнадзора. 
 


Были ли планы наладить сотрудничество со странами дальнего зарубежья?

Было время, когда серьёзно задумывались над тем, чтобы полностью переключиться на импортную соль. Это было связано с резким повышением цен на железнодорожную перевозку. Из-за этого сразу на 30 % увеличилась стоимость российской соли, поэтому стало намного выгоднее закупать и везти соль из того же Израиля. Потом российские фирмы поняли, что на таких условиях с ними долго не будут работать, и стабилизировали свои отпускные цены. 

Был ещё один скачок цен, когда ООО «Руссоль» скупило практически все солерудники России. Руководство компании решило, что теперь у них нет конкурентов и они могут безнаказанно повысить цены. Мы стали искать другие пути, других партнеров. В итоге смогли договориться с «Руссолью» о приемлемых ценах. 

Но это был тяжёлый период и для нас, и для наших клиентов. Они и так борются за каждую копейку, а тогда тонна соли подорожала сразу на 2–3 тысячи рублей. Но у многих не было выбора — переплачивали, не соглашаясь на более дешёвый вариант. Ведь для завода переход на другую соль — достаточно большой риск и бумажная волокита. После возвращения «Руссоли» к прежним расценкам мы попали в достаточно неприятную ситуацию, не все поняли, что эти «игры» с ценами не от нас зависели.
 

С кем вы сотрудничаете в Калининградской области? Кто ваши основные потребители?

Самые большие объёмы соли идут на производственные нужды рыбоконсервных и мясоперерабатывающих заводов. Работаем и с крупными розничными сетями: привозим товар в их расприделительные центры, а после они уже сами развозят соль по своим торговым точкам. 

Нам просто невыгодно работать напрямую с небольшими магазинами, кафе, столовыми детских садов и школ. Их объёмы слишком малы, а мы не можем позволить себе развозить партии даже по 50–100 килограммов — работаем только при заказах от одной тонны. Для таких потребителей есть мелкооптовые склады на Камской, Полоцкого, Калинина, куда мы поставляем соль. И торговая наценка для таких клиентов у них небольшая.
 

Насколько для потребителей важно качество соли?

Проблема ритейлеров в том, что они гонятся за дешевизной, а не за качеством. Когда для одной торговой сети я предлагал на выбор «Илецкую» соль высшего сорта и украинскую первого сорта компании «Артёмсоль», выбирали последнюю, из-за того что она стоила 10 рублей за килограмм, всего на 50 копеек дешевле российской. Я им предложил покупать обе по усреднённой цене — 10.20 рублей за килограмм. В итоге у покупателей большим спросом стала пользоваться более качественная соль — «Илецкая». 

Потом всё-таки «Артёмсоль» вытеснила российский продукт. Но здесь уже сам завод «Руссоли» подвёл: сэкономил на упаковке. Было много случаев возврата товара, поскольку упаковка просто расклеивалась при транспортировке. Завод на это вовремя не отреагировал, поэтому ритейлеры и переключились на украинскую продукцию. Правда, и с ней было не всё так гладко. На упаковках «Артёмсоли» был указан вес 1 кг, а на деле оказалось, что в каждую пачку недосыпали по 50–100 граммов. 
 

«К сожалению, на полуподпольных производствах, правила свои. Сделал сертификат и работай по нему десятилетиями, а что на самом деле используется для производства – на совести предпринимателя»


Вы упоминали, что «Руссоль» занимается производством пищевой и технической соли. В чём их различия?

По сути, техническая — это та же поваренная соль, но её нельзя употреблять в пищу. Процесс производства пищевой соли максимально стерилен. Она добывается из шахты, далее поступает на комбайны, а после — на фасовочный аппарат. Техническую соль, которая правильно называется «концентрат минеральный галит», сразу выносят на поверхность, где она стоит и, грубо говоря, пылится. Зимой в неё добавляют ещё и антислеживающий реагент — это та еще отрава, используется при производстве синильной кислоты. Такая соль пригодна для химической водоочистки или посыпки дорог в зимнее время. Стоит на 3 рубля дешевле пищевой, хотя внешне их очень сложно отличить.
 

Визуальное сходство технической соли с пищевой наверняка подталкивает нечистоплотных предпринимателей на подмену этих товаров. Как предприятию не попасться на эту уловку?

Некоторые московские фирмы работают по такой схеме: закупают техническую соль, которая по стандартам завода засыпается только в однотонные контейнеры, а не в пищевые мешки, потом её сами фасуют и под видом пищевой продают местным оптовикам и предприятиям. Как обнаружить подделку? Во-первых, этот «пищевой» галит фасуют в обычные белые мешки без логотипа и фирменных этикеток заводов-производителей. Во-вторых, при закупках всегда нужно пользоваться своими законными правами и требовать от продавца информацию, откуда он её привёз, настоящий сертификат, транспортную накладную. Там написано, кто грузоотправитель и кто грузополучатель, — подделывать их не будут. Это под силу только заводам. Галит для населения в розницу фасоваться не будет: дорого. К примеру, какой-нибудь завод выпускает консервную банку со шпротами. Для того чтобы получить разрешение на выпуск этой продукции, необходимо доказать происхождение сырья. Мне, как поставщику соли, нужно предоставить в торгово-промышленную палату — основной контролирующий орган — железнодорожную накладную, по которой я ввёз соль. Эксперт проверяет все документы, сверяет данные и с накладной списывает только то количество, которое отпущено заводу для производства продуктов питания — и ни килограмма больше. Свою сверку он заверяет личной печатью и подписью и только потом даёт заводу разрешение на производство. К сожалению, на полуподпольные производства, действующие для внутреннего рынка, это не распространяется. Там правила другие. Сделал сертификат — и работай по нему десятилетиями, а что на самом деле используется для производства – на совести предпринимателя.
 

Известно, что для производства минеральной воды некоторые фирмы применяют искусственную минерализацию. Есть ли компании в Калининграде, которые закупают у вас сырьё для таких целей?

Несколько лет назад в Калининграде фирма «Парус» производила минеральную воду. Она у меня каждый месяц закупала полтонны гидрокарбоната натрия (пищевой соды). Я поинтересовался, зачем им столько этого натрия. «Воду минерализируем», — ответили они мне в открытую. Конечно, гидрокарбонат натрия можно использовать и для обработки оборудования, но это маловероятно при таких объёмах закупа. И «Серебряная чаша» тоже специализировалась на производстве минеральной воды таким же образом. Сейчас, слава богу, их уже нет. 
 

Компания «Стриктум» планирует начать добычу калийных удобрений в Нивенском. Подготовительные работы уже идут. Ваше мнение по этому поводу?

Я против того, чтобы здесь вели подобные разработки. Это моё мнение не как предпринимателя, а как жителя Калининградской области. Безотходное производство при нашей действительности — сказки для бабушек. А куда горные солесодержащие отвалы девать станут? Море солить? Для компании «Стриктум» поваренная соль — это побочный продукт. Её качество будет не столь высоким, как, скажем, у «Илецкой» или «Баскунчакской». Поэтому для продовольственного сектора она не будет представлять практически никакого интереса. Максимум они заберут себе рынок галита, но это несущественный объем и доход. Главная их цель — калийные удобрения. Сырьё для него достаточно дорогое, но его добыча опасна как для окружающей среды, так и для жителей. Чтобы стало понятно, чем чреваты планы «Стриктума», посмотрите фотографии калийных рудников в Белоруссии, Илецке, Баскунчаке: там в радиусе 20 километров нет ничего живого, одни голые степи. Калининградская область, наш уникальный край, превратится в большую промышленную зону, во второй Челябинск. Ведь те, кто хочет начать тут добычу калийных удобрений, наверняка постоянно живут не здесь, а где-нибудь в подмосковной Рублёвке или Майами. У них здесь будет только бизнес. Их не заботит состояние края, здоровье его жителей, им интересны только деньги.

Видео

  1. Отдыхай как русский

  2. Star Wars

  3. ooн

  4. KALININGRAD - 2018 FIFA World Cup™ Host City